ПОДЕЛИТЬСЯ

В далеком средневековье между абазинами и древней Русью складывались мирные, добрососедские отношения, основанные на узах родства. Абазские княжны (царевны) были женами и матерями, великих русских (киевских) князей. Русский историк-энциклопедист, автор первой «Истории Российской», на основе живых наблюдений сообщал об «абаза», «от которых несколько королевских дочерей браны в замужество за великих князей, как то видимо о Мстиславе Великом, Изяславе II, Всеволоде III. Н.М. Карамзин в своем многотомнике «История государства Российского» об этом пишет следующее :

«Брак Изяславов 1154 г.. Невестою его была Княжна Абазинская, без сомнения христианка: ибо в отечестве ее и в соседних землях Кавказских находились издавна храмы истинного Бога, коих следы и развалины доныне там видимы. Мстислав, отправленный отцем, встретил сию Княжну у порогов Днепровских и с великою честию привез в Киев«.

Д. Чачхалия считает, что есть основание видеть в этом браке политический акт, связанный с Тмутараканью, которая находилась в непосредственном соседстве с абазгами, и интересами русов на Азове и Черном море. Дело в том, что по сообщению арабского историка и путешественника XII в. Ал-Идриси, который писал, что Тмутаркань «очень древний город; имя его основателя неизвестно… его князья известны под именем Олу Абас (Абазы), прославленные своей силой … наводили страх среди своих соседей«. Вероятнее всего, эти брачные союзы нужны были киевскому княжеству, во многом, еще и потому, что другая абазинская (абазгская) княжна была женой византийского императора Иоанна II (правившего с 1118 по 1143 гг.) и матерью византийского императора Мануили (правившего Византией с 1143 по 1180 гг.) (о чем более подробно будет сказано чуть ниже). А в то время Византия была крупнейшим государством того времени, диктовавшая свои законы. Как раз в 1154 году, по утверждению Д. Чачхалия, который ссылается на того же Ал-Идриса, в Матрахе правила династия абазских князей Алоу-Абаза (скорее всего, здесь под фамилией Алоу-Абаза подразумеваются абазинские (абазгские//абазские) князья Лоовы.

В средние века Абазгия своими западными границами выходила к Кубани. В таком случае она, естественно, не могла не иметь культурных, политических и торговых связей, в первую очередь с Тмутараканским княжеством, а через него и со всей остальной Киевской Русью. Древнерусские летописи нередко упоминают обезов-абазин и среди народов, с которыми воюют киевские князья Русский писатель — историк Карамзин Н.М. в своем многотомнике «История государства Российского» также упоминает об «обезах»:

«… Изгнавшю Володимеру Мономаху Отрока в Обезы (Абазу) за железные врата (Дербент), Сърчановижь оставшю у Дона рыбою оживши…«. (Карамзин стр. 538 т III, гл. III).

А что такое «железные врата»? Этим термином, на разных языках в разное время именовались разные проходы или перевалы из Северного Кавказа в Закавказье, и нет оснований приурочивать это название к какому-нибудь населенному пункту Кавказа, — пишет Л.И. Лавров. Бегство Отрока через железные врата к обезам это бегство не в Абхазию, так как для того, чтобы укрыться от Мономаха, вряд ли нужно было бежать в далекую и труднодоступную Абхазию. Для этого достаточно было бежать в земли абазин, которые тогда обитали и в близ Тамани и Крыма, в непосредственной близости от половецких степей. (Лавров Л.И. » «Обезы» русских летописей» стр. . 11) Далее Карамзин Н.М. упоминает о некоем Священнике Иоанне и пишет следующее:

«… Другие искали сего романического Царя-Пресвитера в Абиссинии. Между бумагами полученными мною из Кенигсберского архива, находятся два письма Великого Магистра Немецкого, Конрада фон Юнгингена, от 20 Генваря 1407 года к королям Армении и Абассийскому или Священнику Иоанну (Regi Abassiae sive Presbitero Iohanni). Здесь Abassia означает не Абиссинию, но Кавказскую Абазу или Авхазию…«.

*(Карамзин Н.М. «история государства Российского Т II. гл. XII c.332. И ТIII. гл. VII. c 615)

«Обезов» мы встречам также в древне — русской повести «Сказание о Вавилон — граде», в которой византийский император отправляет посольство в Вавилон из трех человек — грека, абазга и русского. Представители этих трех христианских стран должны были добыть ему знаки императорского достоинства. Арабский писатель Х века Ибн-Батрик так же писал об участии абазов в Вавилонском столкновении (столпотворение). Удаленность абазин от русских пределов препятствовала тогда установлению прочных связей с Московским государством. Связи эти сильно зависели от позиции Кабарды, располагавшейся между абазинами и ближайшими русскими укреплениями. В 1642 г. кабардинские князья Алегук и Ходождук Казыевы со своими подданными, опасаясь нападения царских войск, ушли «за Кубань реку под Абазы». В середине XVI в., когда границы Московского государства приблизились к Кавказу, Северо-Кавказские абазины вместе с адыгами обратились к Ивану Грозному за помощью против турецкой и крымско-татарской агрессии.

В 1552 г. в Москву прибыли «черкесские государи князи Маащук-князь, да князь Иван Езбозлуков, да Танащук-князь бити челом, чтобы их государь пожаловал, вступился за них, и от крымского царя оборонил». В 1555 г. в Москву приезжал абазинский «Тутарык-князь, Езболуев княжий сын». В Москве он крестился и был наречен тоже Иваном. Е. Н. Кушева и Ч. Э. Карданов считают, что Иван Езболуков и Тутарык Езболуев были князьями абазинскими. Видимо, в те годы в Москве был крещен абазинский князь Казый сын Карданука, внук Дударука, получивший имя Василий и фамилию Черкасский. Оставшись служить на Руси, он в 1589 г. был произведен в бояре, а в 1590 г. женился на дочери боярина Ивана Мстиславского. Василий Черкасский участвовал в Ливонской войне, возглавлял полк русской армии во время нашествия крымского хана Давлет-Гирея в 1591 г., после этого, до 1599 г., находился во главе войск, охранявших южные подступы к Москве, был воеводой в Смоленске, а потом, в 1607г., — в Переяславле-Рязанском. В том же году был убит сторонниками Лжедмитрия II.

В 1570 г. крымские войска под предводительством царевича Алды-Гирея вторглись в Закубанье и напали на «баазытцких черкесов», которых Е.П. Алексеева считает абазинами. На помощь к последним явились кабардинцы с князем Темрюком. В битве (возможно, на р. Афипсе) «баазытцкие черкесы» и кабардинцы потерпели большое поражение. Сам Темрюк был ранен, а двое его сыновей попали в плен. В результате победы крымцев наступило временное ослабление абазино-русских связей и усиление турецко-татарского политического влияния на Северо-Западном Кавказе.

К рубежу XVI-XVII вв. относится известие о набеге кабардинцев на абазин. Но в XVI-XVII вв. в кабардино-абазинских отношениях преобладали мирные связи. Например, брат русского боярина Василия Черкасского «абазинский Алкаш-князь Кардануков» сопровождал кабардинского князя Казыя Шепшукова во время поездки в русскую крепость Терки в 1614 г., чтобы просить военную помощь против «его Казыева недругов». В 1616 г. абазины вместе с адыгейцами, кабардинцами и ногайцами принимали участие в походе крымского хана через Северный Кавказ против Ирана.

Несколько позже между Абазией и Русью начали складываться еще более тесные политические и экономические отношения. В дипломатических документах 1600 г. в числе «вновь прибылых» к России «государств» названы «Черкесская земля и Абазы». В 1643 г. в Терки приехали от темиргоеевцев Безрука Канмурзин и от абазин — Мурза Отлепшукин Левов (Лоов). Абазины приезжали в Терки и позже, когда шли переговоры о принесении присяги Казиевой Кабарды.

В переговорах участвовали абазинские мурзы: Хачака-мурза, Янтемир-мурзин, Саралан-мурза Левов, Кази-мурза Доруков, Консух-мурза Байбердиев, Алкас-мурза Бегишев и Джаныш-мурза Бабуков.

Они представляли абазин-тапантовцев: джантемир, лоо, дударуков, беберды, бабуковцев. Немного позже, во время правления российской императрицы Екатерины II между Турцией и Россией шла борьба за лидерство в таких важных стратегических регионах как Крым и Кавказ. И здесь, естественно, опять затрагивались интересы абазского народа. Вот некоторые выдержки из документов, которые имеют отношения к тем событиям: 1778 г. не позже сентября 8-го. -Действия турецкой эскадры с Суджук-Кале ИЗВЕСТИЯ ИЗ КОНСТАНТИНОПОЛЯ «… Капитан-паша по прибытии в Суджук разослал по тамошним городам своих чаушей, чтоб они склонились служить Порте, но оные отвечали, что они получая от России жалованье, на такое Порты предложение склониться не могут. Капитан-паша в одну из абазинских деревень послал 40 албанцев и приказал оную разорить, дабы тем их испужать, но абазины, встретя, убили 7 человек албанцев, а прочие возвратились без успеха. Турки, кроме Суджука, у абазин никакого пристанища не имеют, и абазины начали похищать из них от лагеря отлучающихся…». (подчеркнуто мной — Б.Д.) (Сборник документов «Черкессы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II 1763-1774 гг.», том II. Нальчик, издательский центр Эль-Фа, 1998 г., стр. 31 1779 г. июня 28-го. — Предложения в связи с претензиями Турции на подданство ей абазинцев.

ШИФРОВАННОЕ ПИСЬМО А. СТАХИЕВА ГРАФУ ПАНИНУ 28 июня 1779 г.

Пера «Из следующей при сем моей рабской реляции под № * ваше высокопревосходительство милостиво усмотреть соизволите, на каком основании рейс-эфендий утверждает право Порты присвоить себе не только Суджукскую крепость, но и весь абазинский народ, да и французский посол, имев вчера с ним свидание, со своей стороны оное право подкрепляет. В таких обстоятельствах, по моему скудоумному понятию, для избежания новых с Портою распрей и замешательств не остается другого лучшего способа, как собственное реченного абазинского народа письменною декларациею отречение от турецкого подданства и приступление к татарской вольности и независимости. Я же в ожидании целомудренных по тому наставлений не премину по рабски моей должности как абазинцев так и черкесов включать в число кубанских татар и на том утверждать право их вольности и независимости…». (подчеркнуто мной — Б.Д.)* (Сборник документов: «Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II 1763-1774 гг.», том II. Нальчик, издательский центр Эль-Фа. стр. 360, 361). 1779 г. августа 6-го. — Турецко-крым-ские противоречия по вопросу подданства абазин и принадлежности крепостей по Черноморскому побережью Кавказа.

ПИСЬМО А. СТАХИЕВА А. КОНСТАНТИНОВУ 6 августа 1779 г. Пера

«Почтенное вашего высокоблагородия письмо из Кефы от 11-го числа прошлого июня, с прапорщиком Иваном Петровым отправленное, я имел честь исправно получить со всеми его приложениями того ж июня, 25-го дня, и не оставил на завтра того рейс-эфендию сделать возражение противу всех присланного от Порты в Суджук салахора Сулейман-аги затей и поступков, служащих к потрясению покоя и тишины у татар , а у абазинцев — к возмущению. Оный министр, напротив того, толковал, что абазинцы издревле постоянно подвластны были Порте Оттоманской и управлялись своими собственными владельцами, беспосредственно от Порты определяемыми, следовательно, и нет никакого повода их к татарам причислять. А что касается до Суджука, оный город собственным турецким иждивением построен на абазинской земле и не бывал никогда в татарских руках, да и в мирном трактате только один Таман им уступлен. (подчеркнуто мной — Б.Д.) Я все то опровергал нераздельностию абазинцев с кубанскими татарами по своему местоположению, но рейс-эфенди, не уважая ничего, наконец объявил, что Порта ни под каким видом от своего права на оный город не отступит. * (Сборник документов: «Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II 1763-1774 гг.», том II. Нальчик, издательский центр Эль-Фа. стр. 373)

1779 г. апреля 2. — РАПОРТ А. В. СУВОРОВА П. А. РУМЯНЦЕВУ О ПОЛОЖЕНИИ НА КУБАНИ И ОБ ОТНОШЕНИИ К ДЕЙСТВИЯМ БАТЫРЬ-ГИРЕЯ № 42 «

… По рапорту господина полковника и кавалера Гамбома господину генерал-майору и кавалеру Райзеру от 7-го февраля приметил я командующему на Кубане термин плутовства Батырь-Гирея, яко неприличной в обращениях с султанами сими; 6 февраля абазинцы в той его дистанции перебегали на правой бок Кубани до тысячи человек, что то неправда и впредь бы вернее примерное исчисление было; власти над вольными абазинцами, как по тамошнему черкесскому поколенью обширной, ничьей издревле нет, а некоторой прежней Батырь-Гиреев над ними отвес против исхода прошлого [1]778 года весьма ослаб. Владение Батырь-Гиреево за Кубанью состоит в одной значущейся на карте его деревне…». * (А.В. Суворов, Документы. Т. II., под редакцией полковника Г.П. Мещерякова. Военное издательство военного министерства Союза ССР. Москва — 1951 г., стр 195, 196)

В. Перевод выписки из конференции, держанной между посланником Стахиевым и турецким уполномоченным Абдул-Рез ак-эфендием 2 сентября 1777г.

«Абдул-Резак-эфенди. Если татары пользуются полною независимостью, то для чего им чрез вас говорить, а вам вступаться в их дела и предъявлять их притязания, как будто б вы были их стряпчий или защитник? Если татары хотят с нами о своих делах рассуждать, то могут говорить сами, яко независимые. Шагин-Гирей противу трактата не токмо определяет начальников в Томбасарах (Дубоссары), но и по ту сторону Днестра; а вы вступаетесь за то, как бы за собственное дело, и теперь начинаете вызываться о Суджуке и Сухуме — местах, Порте принадлежащих. Ежели же вам от нас что предъявляется, вы отзываетесь неведением и неимением на то полномочия, а в делах татарских, противных трактату, как вышеозначенные, принимая участие, говорите за татар и требуете совсем противного трактату. Мы имеем в руках Шагин-Гиреево письмо, изъявляющее нам требование, которое он делает на земли, лежащие по ею сторону Днестра. Какую имеют связь Кубань и татары с Суджуком и Сухумом, кои от них удалены в 500 миль? Нет никакого посредственника для внимания наших доводов, а когда говорим о трактате, то ни малейшего примечания не делают нашему разговору. Начнем толковать статьи оного.

Посланник. Я никак не удаляюсь от соблюдения и истолкования трактата, но то весьма странно, что на меня вскидывают то, что не в моей власти состоит. Данная мне полная мочь воспоследовала прежде всех сих происшествий и относится только до изъяснения и распоряжения духовной связи на будущие времена; войска [?!], вступя после того, я не преминул учинить мое представление о всем том, что Порта мне по сему случаю сказывала, а мой двор весьма правосуден, чтобы отважился требовать чего-либо в противность трактату. Томбасарское дело, будучи довольно изъяснено в трактате, нельзя оставить его в молчании; что же касается до других татарских требований, я не имею никакого по тому от своего двора повеления. Депутаты их будучи здесь, Порта может о том с ними переговорить; а что до Суджука и Сухума, правда, что трактат не в точных словах об оных отзывается, однако упомянуто, что все места, крепости и города, принадлежавшие издревле татарам, должны быть им возвращены. Итак, когда абазинцы уже поддались Шагин-Гирею, и все оные места, будучи под их управлением, натурально следует, что и реченные места должны им принадлежать. Порта о том может с ними изъясниться; а что до меня, то, кроме народного слуха, не имею никакого другого о том понятия, ниже какое-либо повеление от своего двора. Знаю только, что сами татары говорят, что земля, начиная от Тамани до Дербента, им принадлежит, тем наипаче Суджук, который граничит с Кубанью.

Абдул-Резак-эфенди. Абазинцы не поддались Шагин-Гиретю; а татары не могут их покорить без вспомоществования российских войск. Дело другое, если вы все сие просто полагаете, а если для учинения требования, то истолкуйте нам оное, ибо такое требование противно трактату.

Посланник. Не я делаю оное требование, но татары, депутаты коих утверждают, что Суджук и Сухум им принадлежит ( ??? — Б.Д.). Абдул-Резак-эфенди. Мы знаем, что абазинцы не поддались Шагин-Гирею, а татары хотя бы и требовали всю землю от Тамани до Демир-Капу, т. е. Дербента, должно всегда исключать Сухум и Суджук, которые лежат в Азии и совсем отделены от принадлежащих татарам мест. Посланник. Суджук находится в абазинских землях, далеко от Азии.

Абдул-Резак-эфенди. Абазинцы находятся под управлением Блистательной Порты .

Посланник. Порта не должна в том жаловаться ни на меня, ни на мой двор, который себе не мог вообразить, что Порта нашла отговорки единственно для продолжения споров, а тем менее мог бы он мне дать свои потому повеления. Касательно же Томбасара, довольно ясно сказано в трактате, что оный должен принадлежать татарам, а что до Суд-жука и Сухума, то сколь скоро обе Империи начнут объяснять дела, могут и оное привести в порядок.

Абдул-Резак-эфенди. На каком основании можно татарам присваивать себе реченные крепости? Российский двор никогда прежде сего вопроса о том не поднимал, но жаловался только относительно Тамана.

Абдул-Резак, в то же время показав бумагу, сказывал, что она объясняет право Порты на Томбасары, прося притом отправить оную ко двору; а для лучшего доказания, что абазинцы никогда хану подвластны не бывали, предъявил он турецкую историю под «именованием «Ель-Рашид-Тарихи», во второй части которой на 209-й странице сказано, что абазинцы, оказавшись непослушными, и оскорбя Порту, она указала крымскому хану следовать к ним для наказания оных как своих подданных. Но хан отвечал, что дальнее расстояние сих народов воспрепятствовало ему исполнить такое повеление и сделало невозможным его к ним отправление, почему Порта сама собою послала своих офицеров, которые, их победив, принудили принять и мусульманский закон. К сему Абдул-Резак прибавил, что и поныне Порта жалует и утверждает своим бератом князя или начальника абазинцев, продолжая просить меня столько, сколько от меня зависит, приложить старание к окончанию сих дел, которые в самом существе кажутся быть неважными, однако могут произвести худые следствия и сделаться важными.

Посланник. Я иного не желаю, как быть инструментом к укреплению дружбы между обеими Империями и стараться установить все таким образом,, чтобы ничего не оставалось затруднительного…». (подчеркнуто мной — Б.Д.) * (Сборник документов: «Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II 1763-1774 гг.», том II. Нальчик, издательский центр Эль-Фа. стр. 374-377)

1780 г. марта 9-го. — О невозможности склонить Турцию на уступку Крыму крепости Суджук с прибрежными абазинскими селениями, в то время как можно попытаться склонить ее на признание за Крымом черкесов и жителей других «надгорных мест»

ПИСЬМО А. СТАХИЕВА А.КОНСТАНТИНОВУ 9 марта 1780 г. Пера «

… О чем донесши третьего дня всевысочайшему нашему двору, за долг себе ставлю и вас чрез сие предварительно уведомить с таким примечанием,что по всем моим приметам не представляется никакой возможности без новых хлопот и остуды Порту склонить на уступку ему Суджука с набережными абазинскими селениями. А напротив того, не чаю, чтоб отказалась она от расположения точных границ в той стороне, причем предъявляется возможность с нею изъясниться и о черкесских селениях и других надгорных местах, о чем в визирском письме ничего не упоминается…». (подчеркнуто мной — Б.Д.) * (Сборник документов: «Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа в период правления императрицы Екатерины II 1763-1774 гг.», том II. Нальчик, издательский центр Эль-Фа. стр. 423, 424)

Комментарии

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ